Автор плаката родина мать зовет

История плаката «Родина-мать зовёт!».

«Родина-мать зовёт!» – знаменитый плакат времён Великой Отечественной войны. Работу над ним художник начал в момент сообщения Совинформбюро 22 июня 1941года. А в середине июля – плакат был известен уже всей стране…

Автор плаката «Родина-мать зовет» – Ираклий Моисеевич Тоидзе. Позировала для образа Родины-матери жена художника, Тамара Теодоровна, в жилах которой, по словам сына, «текла испанская, немецкая, польская и еврейская кровь».

Сын Ираклия Моисеевича вспоминает: «Плакат висел на сборных пунктах и вокзалах, на проходных заводов и в воинских эшелонах, на кухнях, в домах и на заборах. Для солдат и офицеров он стал портретом Матери, в котором каждый видел черты дорогого ему лица…

Мама рассказывала, что, услышав сообщение Совинформбюро о нападении фашистов, страшно испугалась за детей. От первого брака у нее была 9-летняя дочь Марина, которая жила отдельно со своим отцом. Вбежав к отцу в мастерскую, мама с шумом распахнула дверь, крикнула в отчаянии: «Война!» Видимо, выражение лица у нее было такое, что отец воскликнул: «Стой так и не двигайся!»… Мама стояла у окна и позировала. У нее то и дело затекала поднятая вверх рука». Рукой она как-то растерянно указывала туда, за распахнутую дверь, где из уличного репродуктора только что прозвучало сообщение Совинформбюро о нападении фашистской Германии на СССР. Художник никогда еще не видел Тамару Федоровну в таком состоянии. Через испуг и тревожное смятение на ее лице пробивался немой призыв: «Надо срочно что-то делать!». Бежать, спасать!..

Из воспоминаний сына художника: «К утру плакат был готов. Через пять дней плакат уже вышел из типографии. Только первый тираж зашкалил за миллион. Образ Родины-матери во многом обобщенный. Маме в 1941 году было 37 лет, но никто ей тогда не давал и 30. Отец состарил ее. В изображенной женщине я разглядел черты и нашей соседки по коммунальной квартире…

Отец с мамой были очень скромными людьми… Мама, например, могла одеваться в Париже, но имела весьма скромный гардероб. Отец был лауреатом четырех Сталинских премий всех возможных степеней — в 1941, 1948, 1949 и 1951 годах. В 51-м он стал заслуженным деятелем искусств РСФСР». По воспоминаниям сына художника – Александра Тоидзе, его отец очень любил поэзию Андрея Белого и даже подчеркнул карандашом в томике стихов строки: «Позволь же, о Родина-мать, в глухое, сырое раздолье, в раздолье твое прорыдать». Подчеркнул – значит, запали в душу. Запали – значит, рано или поздно должны были прорасти чем-нибудь: настроением, озарением, вдохновением. И проросли же!

Ираклий Тоидзе: «…Я работал над вариантом иллюстрации к поэме «Витязь в тигровой шкуре». И вдруг – сообщение Совинформбюро о том, что фашистская армия напала на нашу страну с войной. Это потрясающее сообщение сразу переключило на создание плаката…». Тамара Тоидзе: «Как только объявили войну, я страшно испугалась за детей. Вошла к Ираклию в мастерскую… Видимо, у меня было такое лицо, что он сразу же сказал мне: «Стой так и не двигайся!» – и сразу стал делать наброски». Александр Тоидзе (сын): «Образ женщины с плаката, конечно, во многом обобщенный. Мать очень красивая была, но отец упростил ее образ, сделал понятным всем…».

«Портрет жены художника» – достаточно распространенное в искусстве явление. Сотни живописцев всех времен и народов с упоением воплощали на холстах образы своих возлюбленных – нежных и грациозных, задумчивых и мечтательных, взбалмошных и темпераментных, кокетливых и игривых… Но лишь один из них оказался по-настоящему близким и родным для миллионов людей. И даже более того: он внес свою лепту в мировую историю.

Советский художник Ираклий Тоидзе – грузин по происхождению – был женат на красивой русской женщине по имени Тамара. Земляки мужа обращались к ней весьма почтительно: Тамара Федоровна. 22 июня 1941 года Ираклий Моисеевич работал в своей мастерской над репродукцией к поэме «Витязь в тигровой шкуре», когда дверь внезапно распахнулась и в комнату вихрем ворвалась жена. «Война!» – только и вырвалось у нее.

Уже к концу месяца плакат «Родина-мать зовет!», напечатанный огромными тиражами, увидела вся страна. Агитки клеили на вокзалах и на сборных пунктах, в госучреждениях и колхозных конторах, да и просто на улицах – на дощатых заборах и кирпичных стенах. Известны случаи, когда, сдавая немцам тот или иной населенный пункт, наши солдаты напоследок срывали плакатики с «мамой» и уносили с собой. Типографии военного времени даже выпустили специальный, «миниатюрный» тираж «Родины-матери». Репродукции размером чуть меньше обычной почтовой открытки хранились у многих фронтовиков. Их носили в нагрудных карманах гимнастерок – рядом с фотографиями дорогих и любимых людей, рядом с партийными и комсомольскими билетами. В Первую мировую войну столь трепетно защитники Отечества относились к другому оберегу – иконке с образом Божьей матери.

«Известия», воскресенье 13 июля 1941года

Исследователи расходятся и в трактовке композиции плаката. Некоторые из них считают, что приподнятая и слегка отведенная назад левая рука Родины-матери – характерный жест эмоциональных женщин-грузинок. Он означает «все сюда!», «ко мне, за мной!» и, возможно, был перенят у них и Тамарой Федоровной.

Спустя много лет, в публикациях полно непроверенных гипотез и предположений. Но значение это может иметь только для тех – кому это интересно. Но удивительный плакат появился в нужный момент, и его популярность не «раскручена» современными СМИ.

Агитационный образ оказался настолько проникновенным и впечатляющим, что стал подлинным шедевром. По уровню воздействия на чувства людей с ним могла сравниться лишь песня «Священная война». И тем, кто этому воздействию подвергался, уже не нужно было на политзанятиях объяснять, как и для чего защищают Родину.

С последнего десятилетия прошлого века плакат снова стал невероятно востребованным. Его взяла на вооружение быстро развивающаяся, сметливая и продвинутая рекламная индустрия. Женщина в ниспадающем с головы платке теперь звала на распродажи с беспрецедентными скидками и на церемонии открытия новых торговых центров. Только, в этом редакция «Нового пенсионера» единодушна – нам неловко за «продвинутых современников». Что угодно можно обесценить, опошлить при желании.

LiveInternetLiveInternet


Уважаемая редакция! Посылаю вам открытку «Родина-мать зовет!» и фотографию моей матери Анны Ивановны Цибизовой. Фотоснимок сделан камерой «Турист» в 1941 году. История такая. Мама с утра ходила отоваривать хлебные карточки в булочную. Булочная находилась на углу Остоженки и 1-го Зачатьевского переулка. С утра мама стояла в очереди за хлебом. Художник из всех стоящих в очереди выбрал ее позировать в студии. Потом мама мне рассказала об этом случае. Одета она была в темный халат, подвязана шалью светло-коричневого цвета.
От Цибизова Владимира Акимовича, ветерана Великой Отечественной войны и ветерана труда. Увы, вынуждены огорчить автора письма: у женщины, изображенной на плакате «Родина-мать зовет!», есть совершенно реальный и единственный прототип. Впрочем, все по порядку.
В кармане маленьком моем есть карточка твоя…
Автор плаката «Родина-мать зовет!» известный советский художник Ираклий Моисеевич Тоидзе через много лет после окончания Великой Отечественной войны рассказывал историю, услышанную от знакомого ему фронтовика.
Наши войска обороняли город от превосходящих сил противника. И, как это довольно часто бывало в первые месяцы войны, город отстоять не удалось. Когда бойцы покидали его, один солдат, увидев на стене полуразрушенного дома плакат, воскликнул: «А как же мама моя?!». Он отстал от товарищей, снял плакат со стены, аккуратно сложил его и, сунув под гимнастерку, бросился догонять свое подразделение. И тут вражеская пуля достала его…
Случай этот весьма символический: он говорит об огромном эмоциональном воздействии, которое плакат оказывал на фронтовиков. Представляется, что влияние на людей этого произведения и еще, пожалуй, песни «Священная война» было намного сильнее, чем беседы политруков на тему, зачем и почему надо защищать Родину…
Созданный в первые дни войны плакат «Родина-мать зовет!» был размножен миллионными тиражами и в разных форматах. Репродукцию с него размером меньше даже почтовой открытки фронтовики хранили на груди рядом с партийным или комсомольским билетом, с фотографиями матерей, невест, детей…
Долгие годы, вплоть до начала 90-х, я проходил службу в редакции газеты «Красная звезда». За это время в качестве военного корреспондента я объездил пусть не весь, но большую часть Советского Союза. Приходилось мне бывать и в столичных и в дальних гарнизонах, на кораблях, аэродромах и «точках». А поскольку я был сотрудником идеологического отдела, в сферу моего внимания во время командировок непременно попадали Ленинские комнаты и каюты, Дома офицеров, клубы воинских частей и другие культурно-просветительные учреждения. Так вот, таким же обязательным атрибутом их оформления, как портреты основателя государства и очередного генсека, была репродукция с плаката «Родина-мать зовет»!
Многоликий образ
Я встретился с сыном художника Александром Ираклиевичем. Вот что он рассказал.
— Отец очень любил поэта Андрея Белого, автора поэмы «Бродяга». В книге стихов рукой отца некоторые строчки подчеркнуты, и среди них есть такая: «Позволь же, о Родина-мать, в глухое сырое раздолье, в раздолье твое прорыдать…» Это, может быть, не совсем точно, но я так запомнил… Я думаю, что, может быть, этот образ и взят оттуда.
А история создания плаката такова: мама вбежала в мастерскую отца с криком «Война!». «Стой так и не двигайся…», — ответил он ей. Через несколько дней плакат был готов. В то июньское утро, в тот ошеломляющий миг Тамара стала олицетворением всех женщин — молодых и старых, которым выпала в этот день тяжкая участь провожать сыновей на войну. И этот жест, который она, русская женщина, незаметно для себя переняла у землячек мужа — грузинских женщин — и который был так знаком ему, помог создать художнику его лучшее творение.
Приведем сохранившиеся свидетельства участников создания плаката.
Ираклий Тоидзе: «…Я работал над вариантом иллюстрации к поэме «Витязь в тигровой шкуре». И вдруг — сообщение Совинформбюро о том, что фашистская армия напала на нашу страну с войной. Это потрясающее сообщение сразу переключило на создание плаката…»
Тамара Тоидзе: «Как только объявили войну, я страшно испугалась за детей. Вошла к Ираклию в мастерскую… Видимо, у меня было такое лицо, что он сразу же сказал мне: «Стой так и не двигайся!» — и сразу стал делать наброски».
Это тот самый случай, когда человек (в данной ситуации это Тамара Тоидзе) оказался в нужном месте в нужное время.
Как потом рассказывала сыну Тамара Федоровна, уже в тот же день, 22-го июня, отец сел за плакат, а она ему позировала и очень уставала.
Александр Тоидзе: «Образ женщины с плаката, конечно, во многом обобщенный. Мать очень красивая была, но отец упростил ее образ, сделал понятным всем…»
История показала, что Ираклий Тоидзе был прав. Родина-мать — это не «портрет жены художника». Это портрет Матери, в котором каждый из нас, внимательно вглядевшись, найдет черты дорогого лица…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *